Бюджет затянутых поясов

Правительство записало в бюджетный прогноз будущие реформы, которые еще толком не обсуждались. Ожидаемый рост инвестиционного спроса и кредитования также выглядит необоснованным. Об этих особенностях бюджетного планирования на ближайшие три года в Совете Федерации рассказала председатель Счетной палаты Татьяна Голикова. Меры, благодаря которым правительство планирует разогнать рост ВВП, несущественны по объемам и могут не оказать значимого влияния на рост инвестиций, считает она.

Проект федерального бюджета на предстоящую трехлетку не позволяет решать амбициозные задачи развития страны, заявила вчера и председатель Совета Федерации (СФ) Валентина Матвиенко на парламентских слушаниях «О параметрах федерального бюджета на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов». По ее словам, особенностью нового документа является жесткая фиксация расходов. «Однако одной вялотекущей стабильности сегодня явно недостаточно», – полагает Валентина Матвиенко. Она, в частности, напомнила, что ранее президент России поручил вывести рост экономики России на темпы выше мировых. Отметим, в рамках базового сценария социально-экономического развития России, представленного Минэкономразвития, ожидается постепенное увеличение темпов роста российской экономики с 2,1% в 2017 году до 2,3% к 2020-м. 

Глава государства, в свою очередь, поставил задачу обеспечить рост экономики на уровне не менее 3% в год. Однако перспективы даже такого сдержанного роста вызывают сомнения у аудиторов Счетной палаты. Вчера с критикой проекта федерального бюджета и прогноза социально-экономического развития, на основе которого был разработан проект основного финансового документа, выступила глава СП. В частности, она напомнила, что правительственный макропрогноз предполагает значительное оживление инвестиционной активности, которое, по мысли властей, станет одним из главных факторов по ускорению роста ВВП в следующие три года. «Прогнозируется, что вклад роста инвестиций в основной капитал и прирост ВВП увеличится на 1 процентный пункт (п.п.) в 2018 году и до 1,3 п.п. в 2020 году», – напоминает глава ведомства.

Ускорению экономического роста должна поспособствовать и программа льготного кредитования малого и среднего бизнеса «6,5», которая предполагает выдачу кредитов по пониженным ставкам, что должно помочь компаниям нарастить инвестиции. Однако, по мнению аудиторов, программа, «будучи несущественной по объемам», «не окажет значимого влияния на объемы инвестиций в основной капитал в целом по стране».

Вызывают сомнения главы СП и другие меры правительства по подъему ВВП. В частности, напоминают в ведомстве, в прогнозе в качестве мер по ускорению экономического роста заложено создание на базе Внешэкономбанка «фабрики проектного финансирования» и эффективного механизма государственно-частного партнерства на принципах «инфраструктурной ипотеки». «Однако в прогнозе не приведена оценка влияния реализации механизма «инфраструктурной ипотеки» на дополнительный прирост инвестиций. Минэкономразвития представило лишь экспертное мнение отдельно от материалов прогноза и оценивает влияние результатов «инфраструктурной ипотеки» на прирост инвестиций за весь период прогнозирования в размере 1% ВВП, около 1 трлн руб. за трехлетний период», – обращает внимание Татьяна Голикова. «В целом проекты по развитию «инфраструктурной ипотеки» и «фабрики проектного финансирования» характеризуются высокой степенью неопределенности, объемы их финансирования не могут оказать значительного влияния на прогнозируемые темпы роста инвестиций», – делает вывод она.

Со схожим замечанием выступила вчера в СФ и первый зампред Центробанка Ксения Юдаева. В частности, объясняя более сдержанные прогнозы ЦБ по росту ВВП, она напомнила, что в свой прогноз роста экономики регулятор не заложил эффект от «тех реформ, которые пока только обсуждаются». А правительство уже записало в плюс еще не начатые реформы.

Вызывает вопросы у главного контролера и занижение в прогнозе МЭР «прогнозируемых показателей темпов роста мировой экономики». Не исключено, что оно связано с требованием президента Владимира Путина обеспечить рост российского ВВП выше среднемировых темпов уже к 2020 году. «Использованная в прогнозе гипотеза развития мировой экономики более консервативна, чем прогнозы большинства международных финансовых организаций. Прогнозируемое в документе «согласованное» фронтальное снижение темпов развития мировой экономики в 2017–2020 годах в разрезе стран и регионов составляет: для США с 3,3 до 1%; ЕЭС – с 1,9 до 0,7%; Китая – с 6,4 до 4,3%», – замечает Голикова, подчеркивая, что занижение прогнозных показателей по темпу роста мировой экономики «создает риски недостаточности разрабатываемых мер экономической политики».

Подвергает сомнению Голикова и надежды властей на масштабный рост кредитования. «Имеются риски недостижения прогнозируемого прироста инвестиционного спроса за счет фактора расширения кредитования, что может быть вызвано невысокими темпами прироста объемов кредитования корпоративного сектора… а также в связи с отсутствием устойчивого конъюнктурного рыночного фона», – указывает глава ведомства.

В то же время, обращает внимание глава СП, вклад конечного потребления домашних хозяйств в прирост ВВП на ближайшую трехлетку, судя по планам властей, будет снижаться. «С 1,4 п.п. в 2018 году до 1,2 п.п. в 2020-м», – указывает она. И в целом в прогнозе наблюдается сдержанная динамика по показателям, характеризующим уровень жизни населения, продолжает Голикова. В частности, реальная заработная плата ускорится до 4,1% в 2018 году с дальнейшей стабилизацией на уровне 1,3–1,5% в 2019–2020 годах. «Этот рост генерирует опережающий рост зарплат в бюджетном секторе в связи с исполнением указов президента. В свою очередь, динамика реальных доходов населения в целом повторяет динамику реальной зарплаты. Однако отрицательный вклад в этот показатель будут вносить страховые пенсии, реальное сокращение которых за три года составит 1,6%», – сообщает глава СП.

Вызывает вопросы и качество планирования региональных финансов. «При планировании консолидированных бюджетов на 2017 год Минфин исходил из дефицита консолидированных бюджетов в объеме 182,9 млрд руб. На 1 сентября 2017 года он составляет 1,065 трлн руб. Разница – в 5,8 раза», – приводит пример Татьяна Голикова.

В СФ же считают важным не допускать чрезмерного сокращения финансовой помощи регионам. В частности, спикер СФ опасается, что ужесточение требований к регионам может привести к тому, что субъекты РФ не смогут профинансировать обязательные расходы. По ее словам, вводить ограничения и новые требования нужно плавно и поэтапно, не сокращая объема финансовой помощи.

Внезапные решения властей о перераспределении доходов регионов уже приводят к конфликтам. Так, вчера в Южно-Сахалинске прошли пикеты против возможного перераспределения доходов сахалинского бюджета от шельфовых проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2». Что примечательно, зачастую об этом решении федеральных властей сами сахалинцы узнавали из СМИ. В итоге, по оценкам, Сахалинская область может лишиться до 50% нефтегазовых денег, составляющих основу регионального бюджета.

В ущерб регионам оказывается и недавнее решение федерального Центра продлить на год срок передачи субъектам РФ права устанавливать налоговую льготу по налогу на движимое имущество. Напомним, организации в настоящее время освобождены от уплаты налога по движимому имуществу, принятому на учет с 1 января 2013 года. Ранее ожидалось, что с 1 января 2018 года движимое имущество будет облагаться налогом, если региональные законодатели не предусмотрят обратного и не введут льготу. В итоге же было решено отложить передачу регионам льготы на год.

По мысли спикера СФ, такое решение противоречит интересам регионов. «У регионов – это выпадающие доходы», – указала она. «Нужно найти устраивающее и бизнес, и субъекты РФ решение», – пообещал глава Минфина Антон Силуанов. 

Источник: http://www.ng.ru/economics/2017-10-03/1_7086_buget.html?utm_referrer=https%3A%2F%2Fzen.yandex.com

Комментарии

Вы можете оставить свой комментарий, заполнив форму:

Укажите свой телефон или email. Данные не публикуются.
Золото. Курс в евро, долларах и гривне.