«Таких денег край не видел»: Осипов дал интервью РИА Новости

Выходец из Минвостокразвития РФ Александр Осипов в конце октября был назначен врио губернатора Забайкальского края. Своё первое интервью в новой должности Осипов дал РИА Новости. Он рассказал о том, как Забайкалье будет переходить в состав Дальневосточного федерального округа, и какие механизмы и льготы для жителей и инвесторов скоро заработают в регионе, а также о благоустройстве Читы после критики Валентины Матвиенко, планах по участию в выборах главы Забайкалья и рецепте любимого новогоднего блюда.


— Александр Михайлович, вы руководите регионом совсем недавно, меньше двух месяцев прошло. Успели ли вы за это время сформулировать основные проблемы и приоритетные задачи в регионе? И есть ли у вас план работы по ключевым направлениям?

— Я приехал в Забайкалье и сразу выявил две ключевые проблемы на тот момент. Это несбалансированность бюджета — у нас не было денег на выплату зарплат бюджетникам, на оплату коммунальных услуг всего бюджетного сектора, не уплачивались страховые взносы на заработную плату. Ещё ряд первоочередных социальных расходов не предусматривались краевым бюджетом. Это необходимо было срочно решать. Благодаря решению руководства страны, до конца 2018 года наш бюджет подкрепили, выделили нам дополнительно 2,5 миллиарда рублей. Мы смогли решить самые горящие вопросы.

Второй важной проблемой были долги по жилищно-коммунальному хозяйству, из-за этого возникали локальные проблемы с отопительным сезоном в муниципалитетах. Если говорить в целом, у краевого бюджета было под 13 миллиардов рублей просроченных долгов. Из-за этого ресурсоснабжающие организации не могли вовремя заключить договоры, приобрести топливо, у нас просто не было денег.

Третья важная проблема, с которой мы столкнулись: до сих пор не урегулированы вопросы об источниках финансирования ликвидации последствий масштабного паводка. В целом в Забайкалье от стихии пострадало 180 километров автодорог, 36 мостов, 50 других объектов. С первых дней мы активно начали заниматься вопросами их восстановления. Правительство РФ рассматривает распоряжение, которым определяются источники финансирования мероприятий по восстановлению этих объектов.

Это я говорил о проблемах, при этом у нас есть два важных приоритета. Ведь важно не только заниматься проблемами, а развивать край. Первый приоритет — это участие края в национальных проектах. Для нас нацпроекты – уникальная возможность решить накопленные за два десятилетия проблемы. Мы сформировали перечень всех объектов, которые нам нужны, мероприятия, в которых мы можем участвовать, и сейчас утверждаем региональную часть паспортов на сами проекты.

Благодаря этой работе только по дорогам Забайкальский край получит более 13 миллиардов рублей. Для региона это одна из самых болезненных проблем. Таких денег край не видел. Сейчас очень важно будет эффективно их вкладывать. Мы будем модернизировать более тысячи километров автодорог, почти 300 из них – по читинской агломерации. Будем строить и фельдшерско-акушерские пункты, и объекты культуры, и детские сады, и школы, и другие объекты социальной сферы.

При этом к возможностям в рамках нацпроектов ещё добавляются особенности Дальнего Востока. Мы хотим очень активно использовать все дальневосточные инструменты как социального, так и экономического характера. Это второй наш приоритет по развитию.

— Вы вводили режим ЧС в ряде районов из-за отсутствия топлива, он до сих пор действует?

— На муниципальном уровне вводились локальные режимы ЧС. Был период, когда у нас не было денег и не было угля. То там, то здесь запасы топлива были лишь на сутки, хотя по нормативам — 14 дней в случае поставки железнодорожным транспортом и семь в случае автодорожного транспорта. Естественно, в таких условиях приходилось очень быстро реагировать по территории всего края. Мы принимали решения, вводили соответствующие режимы ЧС, искали, где у нас есть хоть какие-то запасы топлива, перевозили.

Сейчас, благодаря тому, что нам дали дополнительные средства, мы направили их муниципалитетам на приобретение угля. Этим мы стабилизировали ситуацию: полностью оплачиваем услуги жилищно-коммунального хозяйства по бюджетному сектору, мы закрыли часть задолженности, которая накоплена, и восстановили резервные нормативные запасы топлива.

— То есть зима пройдёт без сбоев?

— Мы будем к этому стремиться. Хотя понятно, что за эти годы накоплено такое количество проблем в коммунальном хозяйстве, что это не может не проявляться. Там обрывы сетей, тут выходят из строя котлы, там рвутся трубы, нам приходится непрерывно этим заниматься. Мы постоянно перебрасываем электрические резервные станции, нам приходится постоянно посылать аварийные бригады. Но это уже частные случаи, а системно мы вопросы решили.

— Возвращаясь к теме включения в состав Дальнего Востока, вы уже можете рассказать, какие механизмы хотите использовать? Какие предложения готовите по применению преференций ДФО в Забайкалье?

— Есть два важных направления применения механизмов развития Дальнего Востока. По социальному направлению мы сейчас готовим план социального обустройства Забайкальского края. В феврале планируем утвердить его и направить в правительство для рассмотрения вопроса о его финансировании. У Минвостокразвития есть соответствующая государственная программа, есть источники, и я бы хотел, чтобы наши объекты финансировались из этой программы.

Экономических направлений сейчас у нас четыре. Горнодобывающие предприятия, здесь очень большой потенциал, свыше 14 триллионов рублей. В деревопереработке у нас расчётная лесосека более 8 миллионов кубометров. У нас можно построить большое количество предприятий по переработке. Сейчас, к сожалению, большая часть этих лесов используется неэффективно, рабочих мест, кроме лесозаготовления, почти нет.

Третье направление – у нас почти 1,5 миллиона гектаров залежных земель, которые мы планируем распахать. Будем выращивать зерно, рапс, заниматься переработкой, молочным животноводством, мясным скотоводством, птицеводством. Наконец, планируем заниматься тепличным хозяйством, потому что у нас достаточно суровые природно-климатические условия, а людям требуется витаминизированное нормальное питание круглый год.

Эти отрасли мы планируем поддержать в первую очередь. Будем использовать территории опережающего развития, механизм свободного порта Владивосток. В Каларском районе, например, у нас есть Удоканское месторождение меди, Апсатское месторождение угля. Это крупные месторождения, на одном из них 88 миллиардов рублей инвестиций по первоначальным подсчётам инвесторов. Так как они рядом расположены, им необходимы общие инфраструктурные решения. Поэтому мы инициировали создание площадки территории опережающего развития, благодаря которой будем обеспечивать энергетическую, транспортную инфраструктуру с возможностью выхода на железную дорогу. Соответственно, те населённые пункты, которые там находятся, будем обеспечивать социальными объектами.

— Когда может быть создана эта ТОР?

— Мы ставим задачу направить материалы на правительственную подкомиссию по реализации инвестпроектов на Дальнем Востоке до конца февраля, в крайнем случае – до середины марта. Думаю, что она в эти же сроки и пройдёт.

— Готовы вводить программу «Дальневосточный гектар» в Забайкалье?

— Мы хотим её вводить. Надо создавать соответствующие карты, но для этого необходимо провести большую работу по ревизии состояния земель. Как показала практика подобной работы в других субъектах Дальнего Востока, в земельных вопросах существует большая неразбериха.

В течение полугода предстоит очень активная работа, чтобы всё это вычистить, подготовить информационную систему, правильно построить технологическую работу муниципальных и региональных органов, которые должны будут заниматься вопросами выделения и оформления. После этого начнём предоставлять земли сначала забайкальцам, потом дальневосточникам, потом всем. Мы хотим использовать лучший опыт, который был на Дальнем Востоке, и постараемся, конечно, некоторых сложностей и трудностей, которые возникали ранее, избежать.

— Когда это может произойти? Лето 2019 года – реальный срок?

— Я думаю, что более реалистично будет осень.

— И в Забайкалье, и в Бурятии довольно высокие цены на авиаперелёты. Хотите ли вы использовать механизм субсидирования авиаперевозок?

— У нас есть два основных механизма. Один – субсидирование для ряда категорий, которые имеют право на льготы. Это люди с ограниченными возможностями здоровья, многодетные семьи. Второй механизм — это плоские тарифы, когда сами авиакомпании принимают решение о том, что билет туда и обратно стоит ровно столько-то. Мы хотим внедрить оба этих механизма. Чита уже ранее была включена в постановление правительства по субсидированию ряда авиационных маршрутов, а сейчас мы работаем над тем, чтобы количество маршрутов расширить.
По плоскому тарифу смотрим, по каким авиационным маршрутам, с какой авиакомпанией мы сможем договориться. Скорее всего, это будут рейсы из Москвы в Читу, из Читы в Москву. Это непростой вопрос. Самое главное – найти авиакомпанию, которая будет готова к введению плоского тарифа и понимает рынок настолько хорошо, чтобы на год спланировать и обеспечить такой маршрут.

— На ваш взгляд, сколько времени понадобится двум регионам, чтобы полностью войти в ДФО и чтобы все механизмы заработали?

— Здесь нельзя ставить жёсткие временные границы, надо говорить о периодах. Первый — до конца первого квартала 2019 года – это применение самых главных механизмов с получением первых экономических эффектов. Территории опережающего развития, территории, на которых будем распространять режим свободного порта, инвестиционные проекты, которым дадим инфраструктурную субсидию, и так далее. Это мы постараемся сделать уже в первом квартале.

Второй период – более длительный, это непосредственная реализация обозначенных инвестиционных проектов. Надо будет всё строить, запускать и так далее. Он будет длиться, наверное, два-три года. И третий период, условно его можно назвать – навсегда. Что я имею в виду? Система развития Дальнего Востока не находится в окончательном состоянии, она непрерывно развивается, механизмы меняются, дополняются, разрабатываются новые. Это траектория, границ которой я в ближайшее время не вижу.

Более того, я уже сегодня вижу, что за этапом первичного внедрения существующих мер поддержки мы перейдём к разработке отдельных механизмов, учитывающих специфику Забайкальского края. Регион со своими проблемами во многом похож на дальневосточные, но у него есть и свои особенности. Скорее всего, по каким-то мерам поддержки предстоит значительная коррекция, а где-то возможно и изобретение новых механизмов развития исключительно для Забайкальского края.

— Одна из особенностей Забайкальского края – трансграничное положение, регион непосредственно граничит с Китаем. Как планируете выстраивать работу с китайскими инвесторами?

— Вы совершенно правы, у Забайкалья вообще уникальное положение, которое, к сожалению, пока правильно не использовано. Мы такая точка, ворота между Дальним Востоком и всей остальной частью страны, при этом точка очень насыщенная богатствами, полезными ископаемыми. У нас государственная граница с крупнейшей экономикой мира — Китаем, граница с Монголией, что открывает большие возможности внешнеэкономического развития. Естественно, это не могло не проявиться, отдельные китайские инвестиции в крае есть. Но сейчас потенциал этот используется не лучшим образом. Китай — крупная экономика, он инвестирует в высокотехнологичные, высокопроизводительные современные рабочие места, но больших объёмов инвестиций на территории Забайкальского края пока не добились. Поэтому мы должны перезагрузить политику привлечения инвесторов. Важно создавать высокопроизводительные рабочие места в обрабатывающем секторе, в переработке, но не в сырьевом секторе.

К тому же, когда китайские туристы приезжают к нам, они активно покупают российские продукты – кондитерские изделия, шоколад, молоко, хлеб, растительное масло. Но сейчас этих производств в Забайкальском крае либо практически нет, либо они в зачаточном состоянии. Наша задача, соответственно, такие производства наращивать, сопровождая это внешнеэкономической повесткой – открывать рынки Китая, договариваться не только между двумя странами, но и провинциями, чтобы как можно больше этих товаров уходило в Китай. Одна из точек роста здесь — это город Забайкальск, ближайшая к Китаю территория.

— Дальний Восток уделяет внимание не только китайским, но и южнокорейским, и японским инвесторам. Планируются ли какие-топреференции в целом для иностранных инвесторов? Как будете привлекать их капитал на территорию Забайкальского края?

— Механизмы экономического развития на Дальнем Востоке не сепарируют инвесторов в зависимости от того, российские они, китайские или из какой-тодругой страны. Любой инвестор, который пришёл в страну, зарегистрировал юридическое лицо и действует в соответствии с законодательством, имеет право получить соответствующие меры поддержки, соответствующие преференции и льготы.

Мы не будем ставить для себя приоритетом инвестиции какой-то страны. Говоря ответственно и честно, для нас главным приоритетом является высокопроизводительная, современная, качественная занятость для наших людей. Чтобы как можно больше забайкальцев имели хорошие рабочие места, поэтому любая компания, откуда бы она ни пришла, получит поддержку, если отвечает этим требованиям. Сейчас мы активно работаем с Южной Кореей. У нас запланирована бизнес-миссия корейских бизнесменов, им очень интересно.

— Когда она может пройти?

— Сейчас как раз определяем время, ведём подготовительную работу с корейской стороной.

— Речь про следующий год?

— Да, скорее всего, это следующий год, в этом году мы не успеем. Но качество важнее сроков. Дело в том, что приоритеты, которые я вам назвал, формируют спрос на большое количество производителей горнодобывающего оборудования, сельскохозяйственной и лесоперерабатывающей техники. Мы знаем, что по многим видам этой продукции южнокорейские компании конкурентоспособны. Мы хотим дать им возможность инвестировать в эти приоритетные отрасли. Сейчас ведём предварительную работу, определяем перечень компаний, у которых есть соответствующие компетенции и которые могут инвестировать в Забайкалье и обеспечить долгосрочную конкурентоспособность проектов в этих сферах. Чтобы эти проекты были устойчивы с экономической точки зрения, а люди, которые на них работают, понимали, что это надолго, что это хорошее рабочее место, которое обеспечит им будущее.

— А китайские бизнес-миссии планируются в следующем году?

— Обязательно планируются, но главным фактором, как я уже говорил, является получение практического результата от таких визитов. Поэтому мы будем готовить их таким образом, чтобы это была конкретная и понятная китайским инвесторам работа.

Я неоднократно наблюдал, как годами ведутся переговоры с китайскими партнёрами, а в результате ничего не происходит. Потом мы уточняли, в чём дело. Оказывалось, что переговорочный процесс происходит на концептуальном уровне, а людям в другой стране очень трудно сориентироваться и понять, с чего начинать, как это делать. И всё либо растягивается надолго, либо в итоге заканчивается неуспешно. Надо делать наоборот: всё должно быть подготовлено почти под ключ, а после этого нужно искать тех инвесторов, которым это будет наиболее интересно, которые смогут быстро прийти к реализации проектов.

Самые очевидные проекты мы сможем хорошо подготовить уже через два-три месяца. Поймём, какие площадки, какие виды бизнеса и инфраструкты там нужны. И с этими первыми проектами можно уже ехать к корейцам и китайцам.

— Раз вы говорите про три месяца, значит, первые проекты вы сможете презентовать уже на инвестиционном форуме в Сочи и на ПМЭФ?

— Я в большей степени рассчитываю на Восточный экономический форум. А непосредственный поиск инвесторов в большей степени переношу на двусторонние отношения с Китаем, Южной Кореей, Японией, Индией. Посмотрим и по остальным соседям, у которых будут интересы в тех отраслях и в тех видах инвестиционных проектов, которые сможем предлагать.

— Власти Китая на прошлой неделе изменили правила посещения торгового комплекса в Маньчжурии и теперь просят россиян предоставлять медицинские справки. Это касается всех туристов или только предпринимателей?

— Это касается той категории российских граждан, которая вывозит из России на территорию КНР в приграничный торговый комплекс «Маньчжурия» российские продукты питания и там их реализует. По информации народного правительства города Маньчжурия, это требование планируется к введению в соответствии с нормами законодательства КНР.

— Александр Михайлович, вы сейчас формируете команду правительства региона. Как планируете выстраивать кадровую политику? Будете привлекать специалистов из других регионов или искать кадры на месте?

— Здесь нет единого подхода, что надо делать либо так, либо по-другому. Нам сейчас необходимо искать реальных людей, которые способны решать задачи и проблемы, которые есть в Забайкалье. Поэтому мы организовали специальный проект по поиску, оценке и отбору кандидатов на должности государственной службы. Рабочее название проекта — «Забайкальский призыв». Мы будем это делать совместно с Российской академией народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС), но, конечно, адаптируем к специфике Забайкальского края. Основные технологические решения уже есть, мы изучали опыт других регионов, брали лучшие практики.
Есть три основных критерия, по которым будем оценивать кандидатов. Первый — это честность и справедливость человека. Второй – главным мотивом его работы должно быть служение людям. И третий – его квалификация, он должен быть профессионалом, который способен без специального обучения, без переключения сразу выдавать результат.

— Коммунальные тарифы для населения повышаются с 1 января, в Забайкалье они довольно высоки по сравнению с другими регионами. Как планируете решать эту проблему?

— Здесь два уровня решения проблемы. Один из них краткосрочный — это сегодня принимать обоснованные тарифные решения, исключать все факторы ускоренного роста тарифов. Второй — более длительный: это изменять те условия, которые приводят к более высокому уровню тарифов в Забайкалье, чем в других регионах.

По первому мы просто внимательно следим за тем, с чем обращаются к нам тарифно-регулируемые компании, насколько обоснованы их запросы по росту тарифов. И естественно, принимаем все меры для того, чтобы этот рост сдерживать.

Один из примеров — тариф на тепло. Есть ряд обстоятельств. У нас край не газифицирован, более того, мощности, которые у нас построены, например, по когенерации — там, где идёт одновременное производство и электроэнергии, и тепла, — эти объекты построены, например, в 1936, в 1961 году. Поэтому понятно, что они по топливной, энергетической эффективности не соответствуют современным требованиям и нормам. Естественно, это приводит к завышенной стоимости. По этой части мы ориентируем компании, не позволяем им поднимать тарифы, с другой стороны — принимаем решения о том, как можно их модернизировать или построить новые, чтобы в долгосрочном периоде эту проблему закрыть.

Компании обращались с просьбой поднять тарифы на тепло с достаточно высокими значениями, но мы приняли решение, что рост будет только в пределах безусловно необходимого – с 1 января на 1,7%.

Второй уровень – важный для всей страны вопрос применения новой системы работы с коммунальными отходами. Здесь все решения были приняты до того, как я был назначен на должность, и с первого дня мы начали знакомиться с ситуацией. К сожалению, оказалось, что край не готов к этой системе. У нас не было принято нормальной схемы обращения с отходами – где они собираются, где они накапливаются, где сортируются, куда вывозятся, где утилизируются. В районе Читы нет ни одного полигона, на который можно было бы с учётом новых требований вывозить мусор. Мы знаем нередко, как масштабные проекты реализуются: уборочной машины ни одной нет, а квитанцию ты получишь.

По многим другим видам оборудования – контейнерам, площадкам, мешкам – тоже возникали вопросы. Понятно было, что время подготовки было в значительной степени использовано нерезультативно. Поэтому я принял решение, что Забайкальский край не сможет с 1 января ввести новую систему. Мы сейчас ищем нормативные решения, каким образом это законно сделать, и я попросил наших депутатов и сенаторов обратиться в Федеральное собрание Российской Федерации с тем, чтобы рассмотреть возможность отложить введение этой системы в Забайкальском крае не менее чем на год.

— По вашим расчётам, сколько времени нужно на подготовку?

— Стартовой точкой в этом технологическом процессе является территориальная схема обращения с отходами, её мы планируем разработать в течение полугода.

— А чем закончилась история со стихийной мусорной свалкой, на которую жительница Читы пожаловалась на прямой линии президента?

— Она ликвидирована. Но вопрос мусорных свалок у нас стоит, к сожалению, он очень запущен. Мы должны понимать, что, с одной стороны, если никто за это не будет платить, мы будем замусоривать родную землю. С другой, это должно быть приемлемо с точки зрения платёжеспособности людей. Это очень трудная задача, здесь целый набор противоречий. Но будем искать решения.

— Спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко летом раскритиковала Читу за неухоженный внешний вид, плохое состояние драматического театра и "уродище-фонтан" в центре. Как вы планируете приводить город в порядок и когда в следующий раз пригласите в гости Валентину Ивановну?

— Валентину Ивановну мы ждём всегда. Во-первых, потому что Валентина Ивановна очень опытный государственный деятель, и ее критика носит созидательный характер. Она раскритиковала и тут же помогла. Благодаря этому мы уже в этом году заложили средства на ремонт нашего драмтеатра в федеральный бюджет, на его реконструкцию выделили более 1 миллиарда рублей, со следующего года начнём ремонт.
Второй проект, который также начал реализовываться благодаря Валентине Ивановне, — выделение федеральной субсидии на подготовку шестого рудника в городе Краснокаменске. Он даёт второе дыхание городу, у людей будут рабочие места.

Естественно, Валентина Ивановна тогда обратила внимание и на запущенность города. Мы сейчас тоже этим активно занимаемся. Понятно, что там много лет не покупали ни новый пассажирский транспорт, ни уборочно-дорожную технику. Значительная её часть не была отремонтирована. Правительство края срочно начало этим заниматься. Первый снегопад показал, что ещё не всё доделали, но техника работает везде и круглосуточно.

— А что будет с фонтаном?

— Ведутся ремонтные работы.

— Он будет красивым?

— Он будет сделан, а вот будет ли красивым – посмотрим.

— Выборы губернатора Забайкальского края предстоят в сентябре следующего года. Вы уже определились, пойдёте от «Единой России» или самовыдвиженцем?

— Отвечу так: сегодня в Забайкальском крае есть разъединённость, накоплено уже существенное количество, скажем, негативной энергии, разъединяющей людей. Я думаю, что сегодня не самое главное, в какую политическую окраску край окрасится. Более того, я даже вижу, что пыл политических баталий не даёт принимать рациональные, прагматичные решения. Поэтому, я думаю, что самое главное сегодня – это реальная практическая работа и объединение всех на благо Забайкалья.

— Наконец, праздничный вопрос — определились ли вы, как будете встречать Новый год? И есть ли у вас фирменный рецепт новогоднего блюда?

— Встречать Новый год я буду традиционно. Мы с супругой ещё ничего не планировали. Скорее всего, будем либо в семейном кругу встречать, либо к кому-то пойдём в гости. А по кулинарным изыскам – мне кажется, одно из самых удивительных блюд, которые изобрела русская кухня, это сельдь под шубой. Я её очень люблю, она обязательно должна быть там, где я нахожусь за столом.

Ссылка: https://www.chita.ru/articles/124567/

Комментарии

Вы можете оставить свой комментарий, заполнив форму:

Укажите свой телефон или email. Данные не публикуются.
Золото. Курс в евро, долларах и гривне.